Утопическая мечта о демократическом пути возрождения нации стала для Кендзо Танте (род. 1913) стимулом к новым вариантам национального зодчества. Традиция, по его мнению, должна служить катализатором творческого процесса, но подобно катализатору химической реакции не должна входить опознаваемой составляющей в конечный продукт.

Необрутализм не создал четко сформулированной системы мысли. Основа его концепции более эмоциональна, чем рациональна. Она связана с чувствами и настроениями поколения, чья активная деятельность начала развертываться к середине 50-х годов. В это время оживала либеральная мечта радикальной английской интеллигенции, возродились надежды на возможность социальных реформ под разговоры лейбористских лидеров о «пути Британии к социализму».

60-е годы были десятилетием, когда одни за другим ушли из жизни «отцы-основатели» «новой архитектуры»— Ф. Л. Райт, Ле Корбюзье, В. Гропиус, Мис ван дер Роз, С претензией на роль преемников выступили мастера поколения, активное творчество которого началось в 50-е годы.

Фактически, однако, «Аркигрэм» причудливо соединял в «образ города» существующие элементы, заимствованные из самых различных источников. Заимствованное получало иное качество за счет неожиданной подстановки. Новым было только целое, только поражающая воображение метафора, созданная техникой поп-арта. Авторы прежде всего наслаждались формальной игрой в расширение языка архитектуры путем неожиданных комбинаций, их увлекало ниспровержение понятий, столь посильное в антиутопии, увлекала и атмосфера мистификации. Антиутопии Аркигрэма заключали в себе элементы пародии на пророческую позу футурологов и на стремление сделать архитектуру образной через тяжеловесную монументальность и грандиозность. Игра парадоксами увлекала логикой своего развития, она вела ко все более крайним идеям, ко все более резким выпадам, к антиархитектуре, а затем и к выходу «вне архитектуры».

Романтическая версия архитектуры доведена до мыслимой крайности финским архитектором Рейма Пиетиля (род. 1923). Некие параллели экстравагантностям его произведений можно найти, пожалуй, лишь в визионерских эскизах Финстерлина, самого далекого от прозы жизни мечтателя среди немецких архитекторов-экспрессионистов 20-х годов. В 1966 г. по проекту Пиетиля (совместно с Р. Паателай-нен) завершено строительство студенческого клуба «Диполи» в Отаниеми под Хельсинки, где наиболее полно воплощено направление его творческих экспериментов. Пиетиля подчеркивал иррациональные моменты своего творческого метода.

На рубеже 70-х годов Вентури вступил в конфликт с лидерами «второго поколения». Джонсон квалифицировал один из его проектов как «безобразный и обыденный». Вентури выступил в ответ с программным утверждением «хаоса как архитектуры», отвергая лежащую в основе обвинений веру в безусловную ценность прекрасного и необычного, основной мотив деятельности «второго поколения». Вентури обвинял «новую архитектуру» в том, что, изгоняя орнамент со стен здания, она превратила в орнамент само здание и вопреки заявлениям о социальной основе своей философии озабочена, прежде всего, драматизацией формы. Он писал: «.. .сейчас не время, а окружающая нас среда — не место для героических жестов чистой архитектуры».

Основываясь на этих критических взглядах, создали свои концепции, имевшие широкий успех в конце 60-х годов, американские архитекторы Кристофер Александер (род. 1935) и Роберт Вентури (род. 1925). Первый из них в нашумевшей статье «Город не дерево» противопоставил богатство, насыщенность форм постепенно складывавшихся поселений, которые автор именует «естественными», элементарности новых, «искусственных».